©2018 Учебные документы
Рады что Вы стали частью нашего образовательного сообщества.

Оглянувшись на Куликова, Аня чмокает Марка в щёку. Ещё больше смущается - Действие первое

Оглянувшись на Куликова, Аня чмокает Марка в щёку. Ещё больше смущается.


Марк.

Что-то мало ты на мою жену походишь… А что это дом ваш как-то стоит… странно. Я тут вроде проходил уже… Спасибо человеку, довёл.

Аня.

Это… Куликов.

Куликов.

Пётр.

Марк.

Да? Очень приятно. А половина где? (Аня не поняла) Жена моя, жена. Ольга где?

Аня.

Она… Её нет. Она в лесу. Она скоро придёт.

Марк.

В лесу – это хорошо. Грибов, стало быть, поедим, раз в лесу. Грибов, Петя, много у вас?

Куликов.

Да есть…

Аня.

Она не за грибами. Она ландыши собирает. Корешки.

Марк.

(Насмешливо) Ага, значит, корешки. Это зачем?

Аня.

Это чтобы… Это чтобы обогатиться.
Пауза.

Марк.

Че-го? (Захохотал) Ну, знаете, девочки, это вы даёте! Слыхал, Петя? (Ане) Каким же это образом Ольга Васильевна желает обогатиться?

Аня.

Это… гидропоника. Выгонка цветов без почвы. Розы – пять месяцев, тюльпаны – три, ландыши – два. Пять веточек к Ноябрьским – три рубля, к Новому году – пять. За два месяца можно заработать пять тысяч.
Пауза. Марк ошеломлён.

Куликов.

Да сейчас все, конечно, стараются излишки на рынок. Государство не препятствует, а выгода всем. Я вот тоже… на машине работаю… Когда люди попросят, всегда – суббота, воскресенье – везу на базар, в город. Лишняя двадцатка в кармане. При хорошей хозяйке жить можно… (Взглянул на Аню) А Ольга Васильевна, что ж, цветы желает растить – опять же дело хорошее, если с толком. Я уж ей и досок навёз для полок, да и когда надо там… машину… на рынок свезти – всегда пожалуйста… Не чужие ж…
Пауза. Марк молчит.

Аня.

Что ж мы здесь… Вы, наверное, с дороги… Пойдёмте, я вас покормлю.

Марк.

Да нет, Аннушка, спасибо, не хлопочи. Я вот здесь посижу, подожду Ольгу, да и поедем.

Аня.

Как поедите?

Марк.

Автобусом, потом поездом, а потом на такси.

Аня.

Но она… У неё ландыши…

Марк.

Дорогая Анечка, то, что Ольга Васильевна – женщина, мягко выражаясь, со странностями, в этом я уже давно имел счастье убедиться. Однако же всему есть придел.

Аня.

Она не поедет.

Марк.

(Жёстко) Поедет. Аня, плохо вы знаете свою сестру. Вприпрыжку побежит.

Аня.

Не-ет…

Марк.

(Другим тоном) Ну, не поедет, так и Бог с ней. Пусть на себя пинает. Я вот возьму, да и тебя увезу вместо неё. Ты мне больше нравишься. Как? Поедешь со мной?

Аня.

Нет.
Куликов кашлянул.

Марк.

Что, Петя, плохи мои дела? Не любят меня больше девушки.
Входит отец.

Старик.

Здорово, мужики. Ех, едрёна корень, сколь дров-то напилил! А руки того… трясутся, а всё бабы, язви их в душу!

Аня.

Папа, это Марк. (Старик не понимает.) Олин муж. Марк.

Старик.

Ах ты… Ах ты, едрёна-зелена! (Засуетился) Дожил! Дожил, старый хрен. Сподобил Господь всю семью перед смертью… Вся семья вместе – сердце на месте. А?! (Вытирает глаза. Обнимает Марка.) Имя-то у тебя чудное. Еврей что ли?

Марк

.

(Улыбаясь) Нет, русский.

Старик.

Да по мне всё одно. Я вашу нацию очень даже уважаю. Учёные и друг за дружку держаться… Не то, что наш брат – Иван, правда, Петя? Марк… стало быть. Маркел, ежели по-русски!? Ну-ну… То-то я гляжу, не наш вроде мужик стоит, не деревенский. Штаны-то чего такие обтрёпанные? Хотя тут сгодится… в лесу шлындать. Нюта говорила, образованный ты, институт кончил.

Марк.

Академию.

Старик.

Ну?! Военную?

Марк.

Да нет, художеств.

Старик.

Это что ж значит, малюешь? Художником работаешь?

Марк.

Архитектором.

Старик.

Архитектор? А что, ежели на военный чин перевести, так это вроде полковника будет?

Марк.

Бери

выше, Василий…

Аня.

Иванович.

Старик.

Неужто генерал?

Аня.

Папа, Марк шутит.

Марк.

Шучу. Шучу, Василий Иванович, извините. Рядовой я. Самый что ни есть рядовой.

Старик.

Как так рядовой? Учился-учился и рядовой? Зачем же тогда голову задурять?

Марк.

А вот это вы совершенно правы, незачем.

Старик.

Я вот нигде не учился, а слава Богу, прожил не хуже какого генерала. По пятьсот рублей на шахте зарабатывал! Веришь, нет? Вот Петька, хороший мужик, а куда ему против меня – больше трёхсот не выколачивает.

Куликов.

Да я, Василий Иванович, если захочу… Без хозяйки оно всё одно – прахом летит

.

Старик.

Это я, Петя, знаю. Ох, знаю! (Марку) Вдовцы мы с ним, с Петей. Я ведь, тоже молодым остался, как он. Жена как померла… Мать ихняя, так всё и покатилось под горку. Теперь вот, как пёс, один лежу в канаве, никому не нужен. Дети, они… Только пока им даёшь, а как перестал… Вот, Олька. Выкормил, выучил, а она теперь морду воротит от родного отца.

Аня. Папа, помолчи.

Старик.

Молчу. Молчу, Нюточка, молчу. Я теперь в чужом доме живу. Деваться некуда. Надо молчать.

Аня.

Ох, ну зачем ты, папа!

Старик.

Ты, Петька, своих девок в строгости держи. Ведь они только малые – Ангелы безобидные… А как подрастут, так начинают кровь сосать, сердце родительское грызть. От них прежде времени в могилу сходим. От них, от деток!

Аня.

Господи, папа! Да что же это мы все так обиды свои любим? Злопамятные какие все! Никто не хочет простить. Никто! Каждый только свои обиды помнит. Только себя считает обиженным. А своей вины и знать не желает. А ведь мы все… Каждый из нас… друг перед другом виноват. (Замолчала, покраснела)
Пауза. Марк с интересом на неё посмотрел. Входит старуха.

Старуха.

Опять все с утра кричат. Идите поешьте. Пустой желудок – сердце дразнит. (Поглядела на Марка)

Марк.

Здравствуйте.

Аня.

Это, бабушка, Олин муж – Марк.

Старуха.

Вижу.

Старик.

Сподобил Господь, а, бабка Настя? Всю родню поглядел. Теперь только Кольку из армии дождаться. Дождусь! Теперь-то дождусь! Видать, не такой уж я греховодник, старунь, как ты говорила, а?

Старуха.

Погляди, погляди, порадуйся напоследок. Пойдём, приезжий человек, с нами покушай. Отдохни.

Марк.

Спасибо, бабушка. ( Идут в дом)
?


normativi-programm-testov.html

normativi.html

normativnaya-chast---2.html

normativnie-2.html

normativnie-akti-i-2.html